524

12 июня 1991 г., там же
Из своего кабинета в ПГИ я поддерживал регулярную телефонную связь с домом в Калининграде. В один из таких сеансов трубку взял Митя и траурным голосом сообщил ужасную весть:
- Папа, знаешь, несчастье случилось...
Я похолодел.
- "Балтика" развалилась! Тренер (Сарычев) ушёл и шесть игроков основного состава - Бабанов, Чепель, Брагин, Коган...
Тьфу-ты, ну-ты!
- Ну, Митя, ты даёшь! Напугал меня. Чёрт-те что подумать можно! Жалко, конечно. Вроде бы только наладилась игра у "Балтики". Ну, да не горюй. Не в первый, и не в последний раз "Балтике" возрождаться придётся, такова жизнь.

Несчастье, однако, вскоре случилось настоящее: в середине февраля умерла от повторного рака Роза Мартыновна, Жоркина мама. Об этом мне сообщил Павел, приехавший в Мурманск в командировку. Он был первым гостем, ночевавшим в нашей квартире.
Ходили с ним к Грише (Павел через него пытался машину купить, за тем и приезжал, собственно), смотрели видеопорнуху, в положительном отношении к которой отчётливо просматривалась родственность душ Григория и Павла.
На следующий день собрались с Павлом на митинг на Скальной, долго его искали в Стране Дураков, да так и не нашли - не состоялся, наверное, из-за погоды. Зато Павел рыбы жареной всякой накупил и наслаждался вечером ею.
Ещё ему повезло - сияние увидел, хоть и небольшое. Улетал Павел ночью в настоящий ураган, по радио было объявлено штормовое предупреждение. Но тем не менее улетел, без задержки.
А в начале марта Ирина прилетела погостить на 4 дня, посмотреть, куда нас занесло. Мы с ней вместе ходили голосовать за Ляцкого, потом лазили по Стране Дураков (в буквальном смысле слова корячились по снежным склонам на четвереньках).
Погода была солнечная, тихая, снег сверкал, всё выглядело впечатляюще сверху, и квартира ей понравилась, и мебель, всё новенькое, и как бы Мише здесь было хорошо на лыжах кататься...

А в ПГИ весь январь и февраль на Учёных Советах то в Мурманске, то в Апатитах бурно делили деньги. Хотя делить-то на самом деле было почти что нечего. В конце прошедшего года (в ноябре) по финансам ПГИ был нанесён сокрушительный удар силой в 1 200 000 рублей.
На такую сумму в ПГИ была поставлена польская вычислительная техника (шесть ЭВМ типа "МЕРА" различных модификаций), которую заказывали в 1988-м году на якобы выделяемые под спецтематику "сэвовские" рубли - квазивалюту. Однако потом в валюте отказали, заявки в Центракадемснабе подтверждены не были, и про эти МЕРЫ все думать уже давно забыли - нет, так нет, не больно-то и хотелось, не ахти какая и техника-то.
И вот теперь они свалились как снег на голову, счета за них выставили в обычных рублях, которые ПГИ вовсе не собирался тратить на эти МЕРЫ, на жизнь еле хватало. Мы с Пивоваровым, да и все в институте были полны решимости от этих МЕР отбиваться на том основании, что заявки не были окончательно согласованы с нами.
Предстояла переписка с Центракадемснабом, переименованным тем временем в ГУМТО, тяжба, обращение в арбитраж. В крайнем случае мы надеялись эти МЕРЫ продать, хотя товар этот был не из самых популярных, на советский рынок хлынули Ай-Би-Эмовские персоналки (IBM PC XT/AT), которые можно было приобрести за те же деньги, но имели несравнимые преимущества по своим параметрам.
Тогда мы ещё не до конца осознали железной решимости поляков сплавить свой неходовой товар, выжав остатки выгоды из рвущихся сэвовских связей, и питали иллюзии по части возврата изъятого у нас миллиона с лишним.
Но МЕРЫ были не единственным ударом по бюджету ПГИ.
Второй нанёс Женя Терещенко. Он когда-то заказывал модули (антенные усилители) для своей антенной решётки установки некогерентного рассеяния, и ему потихоньку их делали на Южном радиозаводе. Потом дело застопорилось, и Терещенко уже махнул рукой на решётку в полном её объёме и даже не подписал очередное гарантийное письмо на оплату этих модулей.
А завод их возьми и вывали весь остаток разом на полмиллиона.
Здесь отказаться-то было проще, чем в случае с МЕРАми, но откажешься - потом не купишь, товар специфический, делался по заказу. Тогда, действительно, шансы построить полноценную антенну в ближайшие годы сведутся к нулю. Надо оплачивать, то есть залезать в долги.
И вот в такой ситуации в ПГИ остервенело делили деньги, в сущности, уже потраченные на МЕРЫ и антенные модули. Один Васильков, начальник планового отдела, взывал к благоразумию, но его призывы проходили как-то мимо ушей горластых начальников отделов вроде Леонтьева, Лазутина, Остапенко или старой мурманской гвардии.
В результате делёжки резерв дирекции свёлся к жалким 150 000 рублей, всё остальное было поделено между отделами "по головам", то есть пропорционально ФЗП. Переубедить общественность не делить истраченные деньги мне не удалось, а Пивоваров от финансовых вопросов самоустранился, осознав их сложность для его понимания и взвалив их полностью на меня и Василькова.
Ладно, хозрасчёт так хозрасчёт, - смирился я. Пусть сами деньгами распоряжаются.

(продолжение следует)

Главная страница Путеводитель по "Запискам рыболова-любителя"