498

Тем временем у меня завязались политические шашни с одним из наших калининградских кандидатов в Народные Депутаты СССР. А именно - с Тамарой Александровной Полуэктовой.

5 мая 1989 г., кирха
Буквально на следующее утро после окружного собрания мне в кирху позвонила женщина - Ирина Евгеньевна Войникова, с "Янтаря" - соратница Полуэктовой, из её команды, и стала горячо меня благодарить за вчерашнее выступление на собрании, за то, что я Полуэктову назвал первой в списке понравившихся мне кандидатов. Она просила разрешения придти к нам в обсерваторию и рассказать, какая Тамара Александровна замечательная женщина, какой она борец за справедливость, и как её начальство на заводе не любит.
Я ответил, что мы этому всему и так верим, и нам хотелось бы встретиться с самой Тамарой Александровной, пообсуждать с ней её программу, для чего я и пригласил вчера сразу после собрания Тамару Александровну к нам, как, впрочем, и остальных кандидатов. Они все согласились, и мы каждому будем рады.
Через несколько дней Войникова появилась у нас в кирхе уже как официальное доверенное лицо Полуэктовой, даже удостоверение соответствующее показала. Она пожаловалась на откровенное недоброжелательство по отношению к Полуэктовой со стороны не только заводского начальства и парткома, но и городских властей.
На заводе ей не разрешают воспользоваться заводской типографией для изготовления агитплакатов и листовок, в городе не только не помогают, а даже препятствуют встречам с трудовыми коллективами. Не везде, конечно, но во многих местах. И всё из-за Союза беспартийных в её программе.
Партком завода специально заседал по этому поводу, и решили отмежеваться от её программы, хотели даже отозвать её из кандидатов, но им разъяснили в окружной комиссии, что у них нет такого права. А народ на заводе за неё, и не только у них на заводе ...
- Ну, хорошо, - перебил я разговорчивую Инну Евгеньевну, жутко переживающую за Полуэктову. - Давайте, ближе к делу. Когда Тамара Александровна сможет придти к нам? Завтра сможет с утра?
- Сможет, я думаю.
- Вот и договорились. Приезжайте к девяти. А я наших сотрудников предупрежу, чтобы в Ульяновку не ехали с утра, а здесь в кирхе собрались.
Войникова оставила у меня текст программы Полуэктовой - я попросил, чтобы заранее вопросы приготовить. Окончательно время встречи мы решили уточнить сегодня вечером, я обещал подойти к ДКЖ, где Полуэктова, Матюнин и Крысин встречались с избирателями из близлежащих (близстоящих) домов.
Народу там собралось немного, в основном болельщики Матюнина из ветеранов, ему демонстрировали своё одобрение, а Полуэктову и слушать особенно не стали, не приглянулась. Выяснилось, что встречу в кирхе надо перенести часов на десять - пол-одиннадцатого, поскольку другое доверенное лицо Полуэктовой договорилось о встрече с ней в порту на полдевятого.
Я этому даже обрадовался, так как, предлагая встречу с утра, совсем забыл, что у меня самого на утро номерок в поликлинику к невропатологу Бойко, попасть к которой очень трудно, за две недели надо записываться.
Там, в ДКЖ, я напомнил Матюнину о его обещании встретиться с коллективом обсерватории, и он подтвердил, что - да, да, конечно, только вот ближайшие дни у него все расписаны, как-нибудь потом ... Потом так потом. Наше дело предложить.
В поликлинику к Бойко я отправился уже во второй раз. В первый, две недели назад, она направила меня сделать рентгеновский снимок позвоночника и назначила физиопроцедуры - электрофорез с новокаином, согласившись с моим собственным предварительным диагнозом - остеохондроз. Теперь она должна была уточнить диагноз по данным рентгеновского снимка.
- Деформирующий спондилёз, - объяснила она мне. - У Вас врождённый дефект позвоночника - сращение четвёртого и третьего позвонков, ну и возрастные изменения остеохондрозные. С таким позвоночником ничего хорошего ожидать не приходится.
- Ну и что же делать?
- Продолжайте процедуры. Таблетки я Вам выпишу противовоспалительные - пироксикам.
- А бегать мне можно?
- Бегать не рекомендуется - вы травмируете позвоночник дополнительно.
- Может, какая-нибудь лечебная физкультура целенаправленная мне поможет, а то я делаю разные упражнения, рекомендуемые при остеохондрозе, но что-то не пойму - лучше мне от них или хуже. Может, я не то делаю.
- Пожалуйста, выпишу Вам направление в ЛФК.
- А массаж не помешает?
- Пожалуйста, если хотите, могу и на массаж направление выписать.
С тем я от неё и ушёл, не слишком, разумеется, ободрённый. Добегался, значит. Неужели придётся бег бросать?

17 мая 1989 г., кирха
Полуэктова - худенькая блондинка в очках, издали моложе своих лет, появилась в кирхе в сопровождении двух доверенных лиц, молодых сравнительно женщин - конструкторов из их бюро, как я понял.
Перед встречей с народом я коротенько рассказал им, что мы такое из себя представляем, чем занимаемся, и что нас интересует в кандидате прежде всего - его политические взгляды. Сами мы, мол, радикалы в большинстве, и у нас можно говорить всё смело, откровенно.
Затем гостей провели в комнату для семинаров, где собрался народ, усадили Полуэктову в кресло, остальных на стулья. Выслушали краткий рассказ одной из доверенных лиц о кандидате: родом из Сибири, из Новокузнецка, после окончания Ленинградского кораблестроительного института поступила на "Янтарь", где и до сих пор работает конструктором, дослужилась до начальника бюро, борец за правду, за права трудящихся, стихийно выдвинута народом в противовес официальному кандидату из рабочих, Герою Соцтруда, - после чего сразу перешли к вопросам по программе, по её политической части.
- Вы предлагаете один или несколько Союзов беспартийных? Рассматриваете ли Вы этот Союз или Союзы как некие другие партии, конкурирующие с КПСС? Как вы относитесь к многопартийности?
- Я за многопартийность. Но формулировать это прямо, открыто, пока боюсь, меня власти не пропустят. И так с этим Союзом беспартийных шуму столько подняли, перепугались. Наш партком завода сейчас категорически против меня выступает и всячески препятствует моей избирательной деятельности.
- А как Вы относитесь к пункту 6 Конституции - о руководящей роли КПСС?
- Право на руководство нужно заслужить, а не декларировать его на все времена.
- Вы поддержали бы предложение об отмене этого пункта?
- Поддержала бы.
Ну и так далее, в том же духе. Дебаты между мной и Полуэктовой возникли по поводу прав республик на отделение, выход из СССР.
- Я против отделения, - категорично заявила Полуэктова. - Единый Союз выгоден всем.
- Но если большинство населения какой-либо республики проголосует за отделение, как Вы к этому отнесётесь?
- Это будет ошибочное решение.
- Но Вы признаёте право народа данной национальности самому решать свою судьбу, право самому решать свою судьбу, право принимать собственное решение, пусть даже ошибочное? Право нации на самоопределение признаёте?
- Признаю, конечно. Но в данном случае это будет право на ошибку.
- Но Вы его признаёте?
- Признаю, но я против выхода республик из СССР.
- Ради Бога. Но будете ли Вы поддерживать навязывание воли русского большинства в Союзе народам нерусских республик?
- Я буду их убеждать. Но их право на ошибку признаю и право на выход из СССР, значит, тоже.
Так что в этом вопросе вроде бы сошлись взглядами.
Бурно обсуждался вопрос о смертной казни. Полуэктова высказала мнение, что есть преступления, безусловно заслуживающие смертной казни. Я возразил:
- Если жизнь - высшая ценность, а убийство - непростительное зло, не оправдываемое ничем и никогда, и мы принимаем это в качестве закона, хотя бы морального, то как же мы можем нарушать его сами, убивая преступника? А в случаях судебных ошибок, которые нельзя абсолютно исключить, - и невинного, возможно, человека? Ведь такие случаи бывали неоднократно.
Тут в спор втянулись Саенковские женщины - Лена, Надежда, Галина, поднялся галдёж, в котором сторонники смертной казни оказались в явном большинстве.
Подвёл итог встрече Федя Бессараб:
- Тамара Александровна, Вы нам понравились. Мы готовы Вас поддержать, помочь Вам в Вашей избирательной кампании. Будем агитировать за Вас.
Полуэктова благодарила нас, говорила, что это была самая интересная и полезная для неё встреча из всех проведённых ею. Договорились поддерживать связь, обменялись телефонами.
Феде, правда, я потом сказал, что зря он сразу так определился за всех, что мы, мол, за Полуэктову. Надо бы ещё и с Матюниным, и с Гавришем встретиться, а уж потом решать окончательно. Федя возразил:
- Чего там! Всё и так ясно - это наш человек, а те - карьеристы обыкновенные, пусть они в местные органы власти пробиваются. Да и не придут они к нам, вот увидишь. Маленький коллектив, подумают, какой, мол, смысл.
- Маленький, да удаленький ...

(продолжение следует)

Главная страница Путеводитель по "Запискам рыболова-любителя"