49

Сам я собирался поехать в Калининград через два месяца, в конце июня, после сдачи последней сессии, а до этого времени нужно было ещё найти работу для Сашеньки. От Юры Копытенко я узнал, что Ленинградское отделение ИЗМИРАН организует пункт геомагнитных наблюдений на Карельском перешейке, в Красном, в семидесяти километрах от Ленинграда. По совету Бориса Евгеньевича я отправился к директору ЛО ИЗМИРАН Почтарёву с предложением взять на работу в Красное мою жену - магнитолога, а в будущем, после окончания мною аспирантура, и меня.
Почтарёв почему-то в восторг от этого предложения не пришёл, сказал, что ставок нет, да и зачем нам глушь такая, это всего лишь маленькая наблюдательная точка, там и одному человеку работы мало, в основном нужно за хозяйством следить, удобств никаких, и с ребёнком там будет трудно. А вот есть у ИЗМИРАНа магнитно-ионосферная станция в Калининграде, недавно построили, так там специалисты нужны, даже на место начальника, поскольку нынешний дирекцию ИЗМИРАН вроде бы не очень устраивает.
Про эту станцию я что-то уже слышал раньше. Туда был распределён Володька Кошелевский, но в последний момент он зацепился за аспирантуру у Распопова, потом туда собралась Ирка Лизункова и тоже передумала, нашла место где-то в Ленинграде, во ВНИИМе, кажется. Будучи прошлым летом в Калининграде, я даже пытался эту станцию найти, просто посмотреть из любопытства, но оказалось, что в городе про неё никто ничего не знает. От Почтарёва я узнал, что станция находится, естественно, не в самом Калининграде, а в местечке Ладушкино, где-то не очень далеко от города.
Предложение Почтарёва меня не заинтересовало, я искал место в Ленинграде или поблизости от него, но кроме Красного никаких намёков на другие варианты не было.

Последнюю свою сессию я сдал на отлично и даже досрочно и отправился на последние свои студенческие каникулы в Калининград.
Июнь сменился июлем, лето было в разгаре. Я гулял с Иринкой, учил её ходить, но в основном возил в коляске, где она любила стоять на коленках и смотреть по ходу вперёд. Однажды я на прогулке остановил коляску около куста, с которого Иринка стала обрывать листочки, а сам уткнулся в газету. Поднимаю через минуту голову и с ужасом вижу мелькнувшие над краем коляски Иринкины ножки - мой ребёнок выпал из коляски вниз головой! Я поднял Иринку и дрожащими руками стал ощупывать её головку. Явных следов ушиба видно не было. Иринка, правда, хныкала, но без рёва и у меня на руках быстро успокоилась, чего нельзя было сказать обо мне. Перепугался я гораздо сильнее своей доченьки и со страхом ожидал возможных последствий, но, слава Богу, всё обошлось ( Иринка, однако, заметила, что с этим, возможно, связаны некоторые её заскоки.).



Иринке скоро год



С Иринкой в Калининграде летом 1966 года

Как-то я решил заглянуть к Долгополовым: может, Валерка тоже здесь, отдыхает после защиты диплома, но его не оказалось. Я посидел полчасика с его мамой, она расспрашивала меня о моих делах и планах на будущее. Я рассказал, что остаюсь в аспирантуре, а вот как быть с женой - не ясно, пока не могу для неё найти работу. Предлагают, правда, здесь где-то в Ладушкине, но я даже и не знаю, что это за место.
- Мы там отдыхали одно лето, - сказала мне Валеркина мама. - Чудесное место, мне очень понравилось, сосны, чистый воздух. Съездите, посмотрите.
- Да, надо, пожалуй, съездить, - согласился я.
Я выяснил, как добраться до Ладушкина, и в один из ближайших дней отправился туда на автобусе.
Ладушкин, значившийся почему-то городом, оказался небольшим посёлком, расположенным в двадцати семи километрах от Калининграда в месте пересечения железной и шоссейной дорог, ведущих из Калининграда на юго-запад в сторону польской границы к самому западному населённому пункту Советского Союза - Мамоново, тоже считавшемуся городом, но бывшему не намного больше Ладушкина.
По своему внешнему виду Ладушкин (при немцах Людвигсорт) уступал известным курортным пригородам Калининграда - Светлогорску и Зеленоградску, расположенным на берегу моря. Одноэтажные немецкие особнячки с красными черепичными крышами выглядели здесь беднее, обшарпаннее по сравнению с причудливыми особняками Светлогорска, да и зелени по первому впечатлению было меньше.
Выйдя из автобуса, я стал расспрашивать, где здесь магнитно-ионосферная станция от ИЗМИРАН. Какая-то женщина ответила мне:
- Станция не здесь. Вы её проехали, это в Ульяновке, раньше надо было сойти. А здесь дом жилой измирановский, где они все живут. Вот идите прямо по ходу автобуса, по шоссе за железнодорожный переезд, и с левой стороны на самом краю Ладушкина увидите трёхэтажный блочный дом. Там они и живут. Это недалеко отсюда. Напротив ещё памятник стоит погибшим воинам, а рядом универмаг строят.
Я двинулся в указанном направлении и без труда нашёл расположенный прямо на шоссе "измирановский" дом, оказавшийся самым крупным в Ладушкине строением, типа тех, что во множестве строили в Калининграде в хрущёвские времена, только там они были обычно в четыре - пять этажей. Три подъезда дома располагались со стороны двора, довольно просторного, ограниченного небольшим сосняком на бугорке, в котором теснились сарайчики, гаражом на два бокса и огородами и палисадниками соседних особняков, сразу за которыми начинался лес. "Хороший двор", - подумалось мне. - "Вот где малышне хорошо бегать".
Около одного из подъездов стоял грузовик, в кузов которого забирались люди, выходившие из дома, в основном, молодые. "Они, наверное, на станцию едут", - догадался я и подошёл к машине.
Каково же было моё изумление, когда среди стоявших у грузовика я увидел сразу две знакомые - и не по Калининграду, а по нашей физфаковской общаге на Добролюбова! - физиономии. Это были Юра Шагимуратов и Стасик Тихомиров, радиофизики, окончившие ЛГУ в прошлом году вместе с Сашенькой, а раньше и я с ними учился на одном курсе.
Неожиданная встреча обрадовала нас как старых друзей, хотя в Ленинграде мы не были близко знакомы, но уж в рожи то, конечно, знали друг друга. Ребята затащили меня в грузовик. - Обед кончился, поехали на работу, там поговорим.
Я начал расспрашивать Юру и Стасика о том, как они здесь живут, и не заметил, как грузовик привёз нас на станцию. Здесь на громадной поляне, скорее даже поле, обрамлённом с трёх сторон лесом, стояло в окружении антенных мачт одноэтажное кирпичное здание такого же типа как и в Воейковской обсерватории, куда мы ездили на практику, в отдалении виднелись ещё одно такое же и две - три кирпичные будки. "Магнитные павильоны, наверное", - подумал я.



КМИС - Калининградская магнитно-ионосферная станция

Ребята провели меня в здание, где стояли АИСы - автоматические ионосферные станции, фактически радиолокаторы, предназначенные для вертикального зондирования ионосферы. Здесь же находились кабинеты сотрудников, большей частью пустовавшие. Мы расположились на подоконнике в пустом зале, предназначенном для собраний, и продолжили начатый ещё в машине разговор.
Ребята рассказали, что работают по распределению, в основном чинят аппаратуру, их и взяли сюда на должности инженеров. Станция функционирует здесь в Ульяновке первый год, недавно закончили строительство, до этого АИС стоял прямо в одной из квартир измирановского жилого дома в Ладушкине, тоже недавно построили.
Начальник станции - Владимир Гаевич Суходольский, человек инженерного уклона, наукой никакой не занимается, на нём лежит всё хозяйство. Его жена, Алла Николаевна - младший научный сотрудник, что-то там делает по ионосфере. Ещё есть главный инженер станции - Леня Колоколов, младший научный сотрудник Лена Васильева, окончившая ашхабадский университет, и инженер Тамара Алексеева. Всего семь человек с высшим образованием, включая Юру и Стасика, а кроме того человек шесть лаборантов, завхоз, два шофёра, сантехник, кочегары, сторожа, всего где-то около двадцати с лишним человек.
Работой никто не перегружен, в рабочее время можно и в настольный теннис, и в волейбол погонять, и в лес по грибы-ягоды сбегать, хотя формально Суходольский это и не приветствует. Магнитолог для станции, видимо, нужен, так как магнитные павильоны и аппаратура есть, а наблюдения не ведутся, но этот вопрос нужно выяснять у Сyxoдольского.
Самое главное - все сотрудники станции, включая лаборантов и шофёров и кочегаров, обеспечены квартирами. Юре, как холостяку, дали однокомнатную, а Стасику, имевшему жену и сына, - двухкомнатную. В доме ещё есть свободные квартиры, но их осталось уже мало.
Я не верил своим ушам: в первый раз слышал, чтобы выпускники вуза сразу же получали жильё и не просто, скажем, комнату, а отдельную квартиру. Но факты были налицо. В квартирах, правда, нет горячей воды, но на кухнях стоят дровяные колонки, в которых можно греть воду для ванной. Отопление дома от собственной котельной, газ привозной, закачивается в цистерны во дворе. Сообщение с Калининградом приличное: автобусы ходят примерно через каждые полтора часа, пять раз в день ходит дизель - пригородный поезд Калининград - Мамоново, вроде электрички. Езда до Калининграда - 35 минут на автобусе и 45 на поезде. С яслями и детсадом нет проблем, школа рядом с домом.
Места вокруг красивые, грибы, рыбалка, сотрудники держат огороды прямо на территории станции. Здесь, в Ульяновке совсем недалеко до залива, а от Ладушкина - три километра. Залив, правда, мелкий, идти надоест, пока до глубины доберёшься, но зато прогревается летом быстро, и детишкам в нём безопасно купаться.
Ребята предложили мне пройтись до залива. Mы пошли по бетонной дорожке ко второму зданию, расположенному метрах в трёхстах от первого. К этому второму зданию, практически совсем ещё пустому, с тыльной стороны вплотную подходил молодой сосняк вперемешку с дубками. Пройдя через него, мы вышли за ограду территории станции и оказались на краю довольно высокого обрыва, поросшего молодыми соснами. С этого обрыва открывался великолепный вид на зеркальную гладь залива, до береговой кромки которого от подножия обрыва было метров сто. У островка камышей напротив нас по колено в воде задумчиво стоял аист, поодаль от него покачивалась на воде пара лебедей. Влево, на запад берег становился выше, обрыв вплотную подходил к воде... На этом месте можно было стоять долго, не хотелось уходить.

В автобусе, возвращаясь в Калининград, я переваривал свои впечатления. Неожиданная встреча с бывшими однокурсниками, возможность работы для Сашеньки по её прямой специальности, дают квартиры, красота окрестностей - всё это изрядно меня взволновало. Может быть, это и есть тот вариант, который нам нужен, тем более, что и родители мои под боком, а главное - квартира! Своя!

(продолжение следует)