37

Но многие ли из маршалов, партийных и хозяйственных руководителей, писателей и учёных, репрессированных в качестве "врагов народа" по доносам своих соратников за несоверш(нные преступления, осмеливались, хотя бы перед лицом неминуемой смерти, объявить Сталина, как это сделал Раскольников, истинным виновником их гибели?
Похоже, что нет. Во всяком случае каких-либо свидетельств этого, хотя бы "самиздатовских" мне не доводилось встречать. Скорее типичными были возгласы "Да здравствует Сталин!" перед расстрелом, как это приписывают Якиру. Впрочем, сколько тайн об осознании происшедшего с ними и со всей страной унесено жертвами произвола в могилы?
НКВД, конечно, клеймили, но Сталина... Даже Бухарин в своём предсмертном письме в отношении Сталина позволяет себе лишь заметить, что "... органы НКВД... творят свои гнусные дела... в угоду болезненной подозрительности Сталина, боюсь сказать больше..." В предсмертном письме и - "боюсь сказать больше"! Вот - это письмо с кратким предисловием его жены. Оно попало мне в руки позже описываемого времени, года через три, однако уместно привести его здесь.

ПРЕДСМЕРТНОЕ ПИСЬМО Н.И.БУХАРИНА

Это письмо, адресованное будущему поколению руководителей партии, было написано во время февральско-мартовского пленума ЦК ВКП(б) в 1937 году. Вопрос о Бухарине и Рыкове пленум обсуждал не один день. По ходу пленума Н.И. уже видел, что рассчитывать на хороший исход нельзя. До ареста Бухарина прошло два процесса. Отчаявшись оправдаться при жизни, Н.И. написал это письмо за два-три дня до ареста. Он был арестован 27 февраля 1937 года. Письмо просили меня передать будущим руководителям партии. Ждали ареста и обыска; боясь, что это письмо будет обнаружено и его последние слова не смогут дойти до партии, и боясь, что в случае обнаружения письма меня, как человека, который должен выполнить это его последнее поручение, подвергнут репрессиям, Н.И. поручил мне выучить наизусть это письмо. Убедившись, что письмо я запомнила твёрдо, рукописный текст Н.И. уничтожил. Все годы заключения и ссылки как молитву повторяла я это письмо, поэтому сохранилось оно у меня в памяти твёрдо.

А.ЛАРИНА (жена Н.И.БУХАРИНА)

БУДУЩЕМУ ПОКОЛЕНИЮ РУКОВОДИТЕЛЕЙ ПАРТИИ

Ухожу из жизни. Опускаю голову не перед пролетарской секирой, должной быть беспощадной, но и целомудренной. Чувствую свою беспомощность перед адской машиной, которая, пользуясь, вероятно, методами средневековья, обладает исполинской силой, фабрикует организованную клевету, действует смело и уверенно.
Нет Дзержинского, постепенно ушли в прошлое замечательные традиции ЧК, когда революционная идея руководила всеми её действиями, оправдывала жестокость к врагам, охраняла государство от всяческой контрреволюции. Поэтому органы ЧК заслужили особое доверие, почёт и уважение. В настоящее время в своём большинстве так называемые органы НКВД это переродившаяся организация безыдейных, хорошо оплачиваемых чиновников, которые, пользуясь былым авторитетом ЧК, в угоду болезненной подозрительности Сталина, боюсь сказать больше, в погоне за орденами и славой творят свои гнусные дела, кстати, не понимая, что одновременно уничтожают себя - история не терпит свидетелей грязных дел.
Любого члена ЦК, любого члена партии эти "чудодейственные" органы могут стереть в порошок, превратить в предателя - террориста, диверсанта, шпиона. Если бы Сталин усомнился в самом себе, подтверждение последовало бы немедленно.
Грозовые тучи нависли над партией. Одна моя ни в чём не повинная голова потянет ещё тысячи невиновных. Ведь нужно "создать" организацию - "бухаринскую" организацию, в действительности не существующую не только теперь, когда вот уже семь лет нет и тени разногласий, но и не существовавшую тогда, в годы первой оппозиции. О тайных организациях Рютина, Угланова мне ничего известно не было. Я свои взгляды излагал вместе с Рыковым, Томским открыто.
С восемнадцатилетнего возраста я в партии, и всегда целью моей жизни была борьба за интересы рабочего класса, за победу социализма. В эти дни газета со святым названием "ПРАВДА" печатает гнуснейшую ложь, что якобы я, Николай Бухарин, хотел уничтожить завоевания Октября, реставрировать капитализм. Это неслыханная наглость, это ложь, адекватной которой по наглости, по безответственности перед народом была бы только такая: обнаружилось, что Николай Романов всю свою жизнь посвятил борьбе с капитализмом и монархией, борьбе за осуществление пролетарской революции.
Если в методах построения социализма я не раз ошибался - пусть потомки не судят меня строже, чем это делал Владимир Ильич. Мы шли к единой цели впервые, ещё не проторенным путём. Другое было время, другие нравы. В "ПРАВДЕ" печатался дискуссионный листок, все спорили, искали путей, ссорились, мирились и шли дальше вместе.
Обращаюсь к вам, будущее поколение руководителей партии, на исторической миссии которых лежит обязанность распутать чудовищный клубок преступлений, которые в эти страшные дни становятся всё грандиознее, разгораются как пламя и душат партию.
Ко всем членам партии обращаюсь!
В эти, может быть последние, дни своей жизни я уверен, что фильтр истории рано или поздно неизбежно сметёт грязь с моей головы. Никогда в жизни я не был предателем, за жизнь Ленина без колебаний я заплатил бы собственной, любил Кирова, ничего не затевал против Сталина. Прошу новое, молодое и честное поколение руководителей партии зачитать моё письмо на пленуме партии, оправдать и восстановить меня в партии.
Знайте, товарищи, что на том знамени, которое вы понесёте победным шествием к коммунизму, есть и моя капля крови.
Н.БУХАРИН

Ну, ладно, Сталин-то - Сталин или там НКВД, Ежов, Ягода, Берия, а где были вы, товарищи коммунисты, занимавшие тогда и ныне занимающие высокие посты в партии и государстве, где была, собственно, сама партия? Вопрос напрашивается сам собой, куда от него денешься? И ответ увы, известен: на съездах заседали и в ладоши хлопали, и не просто хлопали, но и сами выступали. Вот, например, выдержки из выступлений на Восемнадцатом съезде ВКП(б) будущего Первого секретаря КПСС с 1953 по 1964 год, "главного" разоблачителя Сталина и борца с культом его личности Н.С. Хрущёва, его ближайшего соратника, будущего Председателя Совета Министров СССР А.Н. Косыгина и второго после Горького из "великих советских писателей", в превеликом почёте просуществовавшего, постепенно дряхлея, ещё тридцать лет после смерти Сталина, М.А. Шолохова.

Н.С.ХРУЩЕВ:

Товарищи! На нашем Восемнадцатом партийном съезде мы заслушали отчёт борьбы за коммунизм, борьбы рабочих, крестьян, интеллигенции, всех трудящихся нашей советской страны под руководством нашей партии и её Сталинского Центрального Комитета, под руководством нашего гениального руководителя, вождя, нашего великого Сталина (бурные, продолжительные аплодисменты, переходящие в овацию, все встают).
... Каждый большевик, каждый рабочий, каждый гражданин нашей страны отдаёт себе ясный отчёт в том, что успешным и победоносным разгромом фашистских агентов - всех этих презренных троцкистов, бухаринцев и буржуазных националистов, мы, прежде всего, обязаны лично нашему вождю, нашему великому Сталину (шумная овация).
... Она (КП Украины) кровно связана со всеми отрядами партии Ленина - Сталина и стальной стеной окружает Сталинский Центральный Комитет и своего любимого вождя - великого Сталина (продолжительная овация).
Любовь большевиков Украины к товарищу Сталину отражает безграничное доверие и любовь к великому Сталину всего украинского народа.
... От всей души, ласково, любовно и торжественно украинский народ провозглашает: "Хай живе ридний Сталин!"
... Да здравствует величайший гений человечества, учитель и вождь, который ведёт нас победоносно к коммунизму, наш родной Сталин! (Бурные аплодисменты, переходящие в овацию. Все встают, возгласы "Ура", "Да здравствует великий Сталин!", "Товарищу Сталину - ура!").

Восемнадцатый Съезд ВКП(б).
Стенографический отчёт.
Гос. изд-во полит. лит-ры. 1939 г.

А.Н.КОСЫГИН.

... Мы знаем, что в мире есть одна единственная великая сила, которая ведёт к дальнейшим победам, - это сила нашей коммунистической партии, которой руководит наш любимый вождь, учитель и друг - великий Сталин (бурные аплодисменты).

Там же. Стр. 400.

М.А.ШОЛОХОВ:

... Мы избавились от шпионов, фашистских разведчиков, врагов всех мастей и расцветок, но вся эта мразь, все они по существу не были ни людьми, ни писателями в подлинном смысле этого слова. Это были, попросту, паразиты, присосавшиеся к живому, полнокровному организму советской литературы. Ясно, что, очистившись, наша писательская организация только выиграла от этого.
... читая, все мы мысленно благодарим не только авторов, но и того, кто дал нам возможность приникнуть к живому роднику богатейшей многонациональной поэзии, - все мы благодарим Сталина (аплодисменты).
Так повелось, так будет и впредь, товарищи, что и в радости и в горе мы всегда мысленно обращаемся к нему, творцу новой жизни. При всей глубочайшей человеческой скромности т. Сталина придётся ему терпеть излияния нашей любви и преданности ему (аплодисменты), так как не только у нас, живущих и работающих под его руководством, но и у всего трудящегося народа все надежды на светлое будущее человечества связаны с его именем (аплодисменты).
... Думаю, что выражу наши общие мысли, когда скажу, что все мы, молодые большевики, вызванный активной политической, хозяйственной и культурной жизни волею Сталинского ЦК, гением т. Сталина, навсегда, до последнего вздоха сохраним горячую сыновью преданность партии и вождю её т. Сталину (бурные аплодисменты).
Там же. Стр.474.

Что это? Всеобщее очумение? То же самое, что было в гитлеровской Германии, а потом повторится в маоистском Китае?
В годы правления Хрущёва, спекулировавшего на разоблачении Сталина, казалось, что советскому народу постепенно приоткрывают глаза на существо некоторых моментов и целых периодов его истории. Но открывать всю правду до конца, не выставив при этом и себя в неприглядном свете, "разоблачителям" было просто невозможно...
В 1964 году Хрущёв полетел со своего высокого поста за "волюнтаризм". Его место занял Брежнев, в этом же году ещё вручавший Хрущёву четвёртую звезду Героя. Поднятая Хрущёвым волна разоблачения "ошибок периода культа личности", вылившаяся в виде небольшого числа мемуаров реабилитированных уцелевших жертв и ещё меньшего числа художественных произведений, не раскрывавших, а только затрагивавших тему ("Живые и мёртвые" Симонова, "Тишина" Бондарева, "Тёркин на том свете" Твардовского, ну, а в первую очередь, несомненно, "Один день Ивана Денисовича" Солженицына и его же "Случай на станции Кречетовка", опубликованные в "Новом Мире"), быстро сошла на нет.
Ещё при Хрущёве был изгнан из Союза писателей Борис Пастернак, опубликовавший у издателя-коммуниста Фельтринелли в Италии (с ведома властей) роман "Доктор Живаго" (о котором, кстати, у нас объявлялось, что он в портфеле редакции "Нового Мира"), затрагивавший корни того злокачественного процесса, который поразил советское общество через 10-15 лет после описываемого в романе времени. В конце 1958 года Пастернаку была присуждена Нобелевская премия по литературе, что и предрешило его судьбу на родине.
С Солженицыным, упорствовавшим в своей тематике и печатавшимся на Западе, возились довольно долго, всё же времена хоть как-то (да и немало) переменились, а "Иван Денисович" выдвигался даже на Ленинскую премию, но и с ним, наконец, управились, выдворив из СССР. А больше, пожалуй, и попыток серьёзных коснуться этой трагедии советского общества в открытой печати не было. Нельзя!
Ну, а мы тогда, в 1964 году жили с ощущением, что правда пробьётся, что то, что мы читаем в машинописном виде, будет опубликовано...

(продолжение следует)