347

27 февраля 1983 г. Температура -2 - 0 градусов, давление 748-750 мм, ясно, ветер восточный, умеренный.
Накануне, когда мы рыбачили в Береговом, я рассказывал Лёньке, как мы с Серёжей ловили плотву в Красном, и Лёня загорелся туда съездить. Сегодня с утра туда и поехали на мотоцикле. В коляску я погрузил складные финские сани, которые я купил ещё осенью, но так ни разу и не использовал. Прокатиться по заливу на финских санках я давно мечтал, вспоминая своё сестрорецкое детство, когда зимой все от мала до велика разъезжали на финских санках по укатанным дорогам, да и в Таллине они были популярны. Здесь же, в Калининградской области, я ни у кого их не видел, хотя и слыхал, что ими пользуются зимой рыбаки-колхозники на косе, в Рыбачьем. В продаже финских саней в Калининграде тоже никогда не бывало, а тут вдруг появились. Я и купил, не раздумывая. И вот взял попробовать.
Когда мы выехали в Красном на береговую дамбу перед заливом, то увидели, что обстановка за неделю изменилась: у самого берега вдоль него тянулась трещина шириной от метра до двух, и приехавший на рыбалку народ двигался вдоль неё, кто по берегу, кто по дамбе, вправо по направлению к Головкино. Поехали на мотоцикле по дамбе туда и мы. Через пару километров оказалось место, где собрались все машины, и где трещина сужалась до полуметра. Здесь народ перебирался через неё и рассыпался во все стороны по заливу. Большая часть рыбаков давно уже была на льду.
Оставив мотоцикл на дамбе, мы перебрались через трещину и двинулись на своих финских санях вглубь залива. Катили сани по льду не так лихо, как я ожидал: вязли в снежных наносах, а на голом гладком льду пробуксовывали при отталкивании ноги - не догадался взять ледоступы, с ними катить было бы несравненно легче. И всё же мы продвигались куда быстрее самых быстрых ходоков, свалив на сиденье всё своё барахло: рюкзаки, пешню, ледобур и катя сани по очереди. Попутный ветерок дул нам в спину, подгоняя и навевая тревожные мысли о возможном отрыве льда - ветер-то от трещины и от берега!
Как и в прошлый раз у ближних рыбаков не клевало, и я сразу взял курс на самых дальних, что сидели у торосов. Действительно, когда мы до них добрались, оказалось, что плотва там берёт - правда, не очень активно, но крупная. Мы выбрали себе места, продолбили лунки, подкормили, размотали и опустили в лунки снасти, наживив крючки мотылём и сыром. Короче, расположились основательно и приготовились к поклёвкам. Тут они и начались...
- Слушай, Саня, чего это у меня поплавки тонут, а не подсекается?
- Ага, и у меня ерунда какая-то. Уж не несёт ли нас? - Я встал и огляделся. - Оно самое, Лёня. Нас оторвало.
- Иди ты.
- А вон посмотри: народ весь сматывается.
Действительно, никто уже не сидел над лунками. Большинство быстрым ходом двигалось в направлении к берегу, остальные лихорадочно складывали снасти в рюкзаки. Не стали раздумывать и мы. Пять минут на сборы и быстрым ходом обратно. Забрались мы дальше всех - километра на три от берега и теперь были в арьергарде торопящейся к берегу толпы. Это позволило нам ориентироваться на тех, кто был ближе к месту отрыва, то есть к трещине. Там, вдали, народ стягивался со всех сторон в нечто вроде колонны, которая шла не по прямой к берегу, а забирала вправо. С учётом этого и мы поправляли свой курс.
Ветер крепчал, теперь он дул нам прямо в лоб, и сани не столько ускоряли движение, сколько мешали нам. Вообще, отрыв льда в Красном - явление весьма редкое, поскольку бухта находится в юго-восточном углу залива, а отрывные весенние ветры почти всегда западные и северо-западные, то есть для Красного прижимные - прижимают лёд к берегу. Поэтому-то Красное и считается наиболее безопасным местом на Куршском заливе, отрывает же обычно от косы, от Каширского и Заливного.
И вот - на тебе. Ни разу ещё на льдине не плавал, а поплыл там, где это редко случается. Но ожидать-то этого с утра вполне следовало: трещина, ветер от берега, да и подумывали мы об отрыве, но ничто не остановило нас.
Когда мы догнали, наконец, основную толпу, частично стоявшую вдоль бывшей трещины, частично двигавшуюся вдоль неё вправо, то увидели, что между краем оторвавшегося ледового поля и берегом простирается полоса чистой воды шириной метров в двести, и по этой полосе ветер барашками катит волны. Вправо, к Полесску это разводье вроде бы сужалось, в ту сторону и двигалась часть народа. Остальные, как оказалось, стояли в очереди на единственную лодку кого-то из местных жителей, курсировавшую между берегом и льдиной.
Но стоявших в очереди было много, лодка оборачивалась гораздо медленнее, чем расширялась полоса чистой воды, и не только нам, но и тем, кто добрался сюда гораздо раньше нас, стала ясна бесполезность ожидания в расчёте на лодку. Большинство уже двигалось направо, и мы тоже рванули туда. А слева, в районе Головкино сформировалась вторая колонна поменьше, которая двигалась сначала напрямик к берегу, а потом вдруг резко повернула назад - натолкнулись, значит, на поперечную трещину и теперь двигались в нашу сторону.
Километрах в полутора от "лодочной переправы" разводье составляло уже менее сотни метров и было забито плавающими льдинами, а ещё дальше было видно, как по битому льду народ форсирует водную преграду. Те, кто уже перебрался, отчаянно машут руками: - Скорее, мол, скорее!
Оказалось, в этом месте разводье сильно сужалось, метров до сорока, и между оторвавшимся основным ледовым полем и узеньким береговым припаем несколько больших льдин, покачиваясь, толкались туда-сюда, то отходя, то вновь прибиваясь к основному льду, кроша его и крошась сами. Уже перешедшие на берег торопили идущих, точнее, бегущих как раз потому, что сейчас одна из льдин расположилась очень благоприятно, на неё легко можно было перепрыгнуть.
Лёнька гнал сани, а я заметно поотстал от него. С санями я мысленно уже распростился - придётся бросить, чёрт с ними, не до того. Но Леонид сумел и сани как-то перекинуть на плавающую льдину, перескочил туда сам, вовремя подбежал и я, а через несколько минут мы оба уже были на берегу.
Теперь мы с волнением наблюдали, как переправляются другие. Вот промежуточная льдина опять отошла метра на полтора от основного поля, народ остановился, ждут, когда льдины снова сомкнутся. А к ним подбегают всё новые партии рыбаков, видно, что взмылились все, бегут тяжело, есть с пацанами лет десяти - кошмар! Некоторые не выдерживают, снимают сапоги, штаны и в воду - благо здесь неглубоко, по пояс примерно. Но таких мало, остальные дожидаются-таки стычки льдов и благополучно перебираются на берег.
Мы сидели на берегу километрах в двух от мотоцикла. Лёнька был весь аж серый, еле дышал, так умотался с моими санями. Теперь он жадно курил, приходя в себя, а я пошёл по берегу за мотоциклом. Когда я добрался до того места, где оставил его, и где мы утром переходили через трещину, то взору моему предстал совершенно чистый ото льда залив до самого Головкино. К счастью для оторвавшихся, основную льдину ветер разворачивал так, что, уходя от берега одним краем, она цеплялась за небольшой мысок другим, и как раз в этом месте все и переправились на берег.
Вот что писала об этом "Калининградская правда" за 5-е марта.

ОСТОРОЖНО: РЫХЛЫЙ ЛЁД!
НЕДОЛГО И ДО БЕДЫ

"Капризна нынешняя прибалтийская зима. Один из этих капризов - поздний и непрочный ледостав на заливах. Но не стал он непреодолимой преградой для многих горе-рыболовов. 20 февраля у поселков Заливное, Каширское Гурьевского района и Заливино Полесского района оторвались льдины от припая. На льдинах оказалось около 300 человек, и лишь благодаря усилиям работников милиции, дружинников и воинов ДКБФ удалось избежать человеческих жертв. К сожалению, многие любители зимней рыбалки попросту проигнорировали случившееся и 27 февраля вновь отправились на залив, уже в более "надёжное" место - в район посёлков Разино и Красное Полесского района. Но и там стряслась беда: в 14 часов оторвало льдину размером 400(500 метров, 200 рыбаков начали дрейф в открытом заливе. Вскоре льдина раскололась на две части. И вновь по тревоге был поднят вертолёт.
Вот что сообщил в своём рапорте его командир: "Бортовой фельдшер открыл дверь и начал махать рыбакам, чтобы они по лестнице забирались в вертолёт. Но рыбаки убегали от вертолёта в сторону, показывая, что лететь не желают, и продолжали рыбалку! А с берега за всем безучастно наблюдали друзья рыболовов..."
Благодаря оперативным мерам жертв и в этот раз удалось избежать, но последний из дрейфовавших рыбаков был доставлен на берег лишь в 21 час..."

Мы-то вертолёта не видели, но, наверное, он был позже, а бежали от него рыбаки не продолжать рыбалку, конечно, а чтобы не платить потом приличный штраф (рублей под сто) за доставку, надеясь выбраться самостоятельно.

А "Комсомольская правда" от 3 марта опубликовала заметку "Люди на льдинах" под рубрикой "Происшествия" с такими подробностями:
"Ясным безоблачным утром в Гурьевском и Полесском районах Калининградской области более трёхсот рыбаков-любителей оказались на оторванных от берега льдинах. Течением и ветром их уносило в открытый залив.
Это тревожное сообщение поступило дежурному областного управления внутренних дел в девять часов. Срочно был создан оперативный штаб по спасению людей во главе с заместителем начальника управления В.А. Илларионовым и начальником отдела общественного порядка И.Я. Дзигунским.
Любители-рыболовы вышли на припайный лёд, несмотря на то, что у берега образовалась трещина. Легкомыслие привело к беде.
Первое, что увидел Дзигунский, прибыв в посёлок Каширское - человека в студёной воде. Он быстро плыл от небольшой льдинки, где остались семь рыбаков. Они с надеждой смотрели на своего товарища, приближающегося вплавь к берегу с верёвкой. Ухватившись за неё, жители посёлка, работники милиции, приехавшие с Дзигунским, подтянули к берегу пострадавших.
Напряжённо работали вертолётчики. Они выручили 83 человека.
В заливе у посёлка Заливное отличился слесарь Гурьевской "Сельхозтехники" В.А. Вовхин. На моторной лодке он снял со льда сорок человек. Более ста человек было спасено и с третьей льдины, что дрейфовала с людьми в районе рыбколхоза "Доброволец" Полесского района.
Жертв нет."

Горе-рыболовы ещё продолжали форсировать водное препятствие, а мы с Лёнькой катили к Полесску. На Дейме собралось множество народу, ловили мелкую плотву, но это нас не заинтересовало. А день был чудесный, солнечный, самое то для рыбалки и возвращаться восвояси домой так не хотелось - ведь ещё только первый час дня! Где бы порыбачить? Про пережитое мы уже не думали. Выбрались и слава Богу, а теперь можно ещё куда-нибудь съездить - последние дни ведь зимнего сезона!
- Говорят, в карьерах у Прибрежного хорошо салаку ловят - сосед мой сотнями домой таскает, - сообщил мне Лёнька. - Может, туда съездим?
- Поехали. Только вот у меня удочки плотвиные, без блёсен. Надо будет домой заскочить, всё равно мимо проезжать.
И вот мы с одного залива двинулись на другой за салакой, которую в городе на каждом углу купить можно было. Из Красного до Калининграда 60 километров. Заехали ко мне домой. Сашуля удивилась, увидев меня:
- Чего так рано?
- В Красном лёд оторвало. Едем на карьеры салаку ловить. Я - за удочками с блёсенками. Вечером приеду, как обычно. - И ускакал, решив про себя: про то, что на льдине плавал - вечером расскажу.
В карьеры, что возле яхтклуба на Калининградском заливе, салака зашла, по-видимому, во время январских ураганов, когда карьеры соединились с заливом. Потом вода спала, а салака осталась, причём в одном из карьеров её концентрация оказалась очень высокой. На тонком (сантиметра четыре) льду этого карьера толпилось жуткое количество народу, главным образом, местных, с Прибрежного и из ближайших окраин Балтийского района. Тут и женщины, и дети, большинство в цивильной одежде безо всякой там рыбацкой амуниции.
Ловят на голые блёсны, нацепив по две-три на одну лесу в полуметре друг от друга. Салаки много, порой подцепляют её прямо за брюхо. Карьер глубокий - 15 метров (говорят), и основная проблема - нащупать глубину, где сейчас салака ходит. Нам с Лёнькой это так и не удалось. Да и не понравилась вообще здешняя рыбалка - густая толпа, гомон, грязный лёд, никакого пейзажа, почти в городе.
На наших глазах один пацан провалился в промоину, но, к счастью, тут же шустро выскочил на лёд и побежал на берег.
- Шестой уже сегодня, - констатировал кто-то из рыбаков.
Мы выдернули несколько случайных салачин и отправились домой.

Однако это был не последний ещё мой выезд на зимнюю рыбалку сезона 83-го года. Закрывали сезон мы с Серёжей 3-го марта у Берегового. На льду кроме нас с ним был Таранов да где-то вдали ещё два-три рыбака. Я поймал со скрипом 31 корюшку, Серёжа же кроме корюшек - двух налимов и крупного окуня на живца, а Таранов - трёх налимов на корюшкинские удочки. Все налимы от килограмма до полутора. Серёжа одного мне отдал.
Через день установилась устойчивая плюсовая (+4 градуса) погода с дождём, а с 7-го по 10-е марта пронеслось два шторма, разметавшие лёд на обоих заливах. Но перед этими штормами (4-го марта) на Куршском заливе последние герои совершали ещё последние подвиги сезона.
"...Но вот наступили очередные выходные. И опять безответственные (иначе не назовёшь) люди, несмотря на многократные предупреждения, вышли на лёд залива.
В пятницу, 4 марта, в 17 часов от берега в районе посёлка Киевское оторвалось огромное ледяное поле. На нём оказалось шестеро рыбаков. Почти двое суток находились они на льдине. Более сорока восьми часов сотрудники милиции и авиаторы искали эту группу. Мешал полётам вертолёта сильный ветер.
Утром и вечером над заливом опустилась дымка, которая мешала патрульным группам милиции искать пропавших. Плавсредства не могли пройти сквозь торосы и льдины. А пешие группы выпускать на лёд было более чем рискованно.
Всё же утром шестого марта авиаторы обнаружили на льду едва передвигавшуюся группу людей. В вертолёт они не смогли подняться самостоятельно. До предела измученные многочасовыми хождениями, полузамёрзшие и голодные люди вконец обессилели. Более восьмидесяти километров прошагали они по льду в поисках переправы.
Незавидное зрелище представляли спасённые рыболовы... Шестого среди них не было. Оторвавшись от группы, он ушёл на поиски переправы самостоятельно. Его розыск продолжается.
... Думается, действия горе-рыбаков, пренебрегших многократными предупреждениями, найдут должную оценку в коллективах, где они трудятся."
"Калининградская правда",
10 марта 1983 года
("Происшествие -
Безрассудство и беспечность")

И каждый ведь год такое.

(продолжение следует)

Главная страница Путеводитель по "Запискам рыболова-любителя"